АССОЦИАЦИЯ РАЗВИТИЯ МЕДИЦИНСКИХ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ. НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
(495) 728-64-32
Поиск:
Новости

Новости

Возврат к списку

Предыдущая Следующая
20.08.2018

Бойко и Зарубину В ОТСТАВКУ! Немедленно!!!

Тормоза цифрового
здравоохранения


Бойко и Зарубину в отставку! Немедленно!!!

    В России есть все условия для создания системы цифрового здравоохранения, и мы ни в чем не уступаем другим странам по возможностям:

  • ИТ в нашей стране развиваются более 60 лет. Накоплен огромный опыт. Более 600 компьютерных систем 200 российских фирм. Уровень разработок не ниже, а иногда и выше зарубежных.
  • Наличие административного ресурса на самом высшем уровне.
  • Преодолен психологический барьер при работе медработников при работе с медицинскими компьютерными системами.
    Однако достигнутый уровень цифровизации практического здравоохранения несравнимо ниже затрат последних 8 лет 45-50 млрд. руб. с начала финансирования создания ЕГИСЗ.

    Главная причина неудач – катастрофически низкий уровень управления в этой сфере, обусловленный некомпетентностью и безответственностью двух непосредственных руководителей цифровизации российского здравоохранения - Директора Департамента ИТ и связи (ДИТиС) Минздрава России Е.Л. Бойко и главного (и по названию и по статусу) ИТ-специалиста - Замдиректора по ИТ ЦНИИОиЗ Минздрава России (профильного НИИ Минздрава), одновременно - Главного внештатного специалиста Минздрава России по внедрению современных информационных систем в здравоохранении Т.В.Зарубиной.

    Безусловно, многие проблемы достались им по наследству. С 2008 года поменялось 4 руководителя ДИТиС. Мы неоднократно говорили и писали о существующих проблемах и раньше, но такого вызывающего безобразия еще не было:
  • Некомпетентность, доходящая до откровенного невежества.
  • Безразличие к реальным результатам своей деятельности.
  • Безответственность.
  • Демонстративное нежелание и боязнь сотрудничать с экспертным сообществом.
В чем это конкретно проявляется?
  1. ЕГИСЗ превратилась в высоко затратный долгострой. Результаты не соответствуют огромным затратам (около 50.000.000.000 за 2011-2017 годы). По данным ОНФ только 10% врачей дали положительную оценку ЕГИСЗ (2017 г.). За счет небольшого числа передовых медицинских организаций создается иллюзия благополучного состояния дел в цифровом здравоохранении в целом.

  2. Перекладывание ответственности на регионы. Каждый регион должен сам изобретать правила информатизации. Вместо того, чтобы разработать типовые документы, а затем предложить регионам утвердить уточненные с учетом региональных условий документы, всем 85 регионам предлагается все делать самостоятельно и с нуля. А что потом делать со всем этим «зоопарком» при создании ЕГИСЗ - ЕДИНОЙ (!) государственной информационной системы в сфере здравоохранения? А сколько это потребует денег? А сколько времени?
        Один из самых ярких примеров: «Методические рекомендации Минздрава по обеспечению функциональных возможностей Региональных медицинских информационных систем (РМИС)» от 23.06.2016, где сказано что на уровне региона должен быть подготовлен единый открытый стандарт обмена данными между РМИС и медицинской информационной системой медорганизации (МИС МО). «Данный стандарт должен поддерживаться всеми используемыми в регионе МИС МО, которые взаимодействуют с РМИС» (п.14.1, поз. 1). С точки зрения профессионалов это положение – полный бред и свидетельство полного профессионального невежества и Бойко, и Зарубиной. Это примерно то же самое, что создавая единую железнодорожную систему страны, предоставить каждому региону возможность определять ширину колеи, напряжение в электросетях, высоту платформ и т.д.
       Особенно возмущает в этой истории то, что, даже, после того, как мы сообщили уважаемой Елена Львовна о единодушной позиции специалистов, согласно которой подобные стандарты изначально должны готовиться на федеральном уровне (т.е. по распоряжению Минздрава), а уже потом направляться в регионы. (Причем, как выяснилось, и сама Директор ДИТиС эту точку зрения разделяет). Однако, вместо того, чтобы внести изменения в ведомственный документ (что никакого труда не составляет), она оставила все, как есть – «пусть расхлебывают те, кому интересно». А ведь этот документ для ЕГИСЗ - принципиальный!
        Похожая ситуация сейчас наблюдается и в вопросе использовании на территории субъекта РФ электронных рецептов

  3. Низкое качество подготовки документов. Многочисленные ошибки и нелепицы. Вот примеры из программного документа «План мероприятий ("Дорожная карта") по развитию Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения в 2015-2018 гг.» - http://www.rosminzdrav.ru/informatizacia-zdravoohranenia.
    • «Процент цифрового диагностического медицинского оборудования, обеспечивающего передачу результатов исследований в прикладные компоненты регионального сегмента ЕГИСЗ в соответствии с утвержденным в субъекте Российской Федерации регламентом» (п. 34) должен составлять 20%, в 2015 г., 30% - в 2016 г. 50%, в 2017 г., и 100% - в 2018 г. При этом могучий интеллект авторов документа определили, что сам «регламент передачи цифровым диагностическим медицинским оборудованием, эксплуатируемым в медицинских организациях субъекта Российской Федерации, результатов исследований в прикладные компоненты регионального сегмента ЕГИСЗ» (п. 30) должен быть утвержден только в 2016 (т.е. реально лишь к 2017 году). Это напоминает известный анекдот про дурдом, где сначала публику запускают в бассейн (в т.ч. и для прыгания с вышки) и обещают в случае хорошего поведения налить в бассейн воду. Кстати, приближается конец 2018 года. Кто-нибудь видел это регламент? Кто-нибудь видел эти победные 100%? А ведь за пару месяцев эти пункты не выполнишь.
    • «Внедрен федеральный сервис системы поддержки принятия врачебных решений (СППВР) в прикладных системах ЕГИСЗ» (п.40, Выполнение – 2018 г.). Мне кажется, что люди, которые писали этот пункт довольно слабо представляют, о чем они говорят. Конечно, если подразумевается, что эти системы умножая 2 на 2 получают 4, а не 5, то проблем нет. Но, если мы имеем в виду реальные СППВР, то это очень сложные и неоднозначные задачи. Даже, если бы ДИТиС в совокупности с ЦНИИОиЗ, начиная от уборщиц, состояли исключительно из нобелевских лауреатов, то и в этом случае были бы большие сомнения в возможности решения этой задачи за несколько лет. Сама идея, что можно сделать такой сервис для целого комплекса сложнейших и разнообразнейших задач (лаборатория, радиология, функциональная диагностика, управление и т.д.) лично мне представляется абсолютно дилетантской. А, если учесть, что и с менее сложными вопросами возятся по несколько лет, то говорить о массовом внедрении интеллектуальных системах как-то несерьезно. Кстати, и где же эта чудо СППВР – ?
    • И таких примеров полно.

  4. Нежелание тиражировать удачный региональный опыт информатизации, опыт передовых медицинских организаций. Стремление за бюджетные деньги без конца изобретать велосипед. Полное безразличие к лучшим отечественным разработкам, в т.ч. - к телемедицинским, о любви к которым сейчас везде так любят говорить.

  5. Через несколько дней после принятия 242-ФЗ Президент РФ отдает распоряжение о подготовке к 30.09.2017 пакета первоочередных нормативных актов. Однако, спустя практически год, из 15 документов приняты лишь меньше половины. Но и большая часть из них практически не готова к реальному применению. При этом надо отметить, что за 2 года подготовки 242-ФЗ Минздрав потратил на ЕГИСЗ более 2-х млрд. руб. Одного процента этой суммы было бы достаточно для разработки пакета необходимых нормативных и актов.

  6. Экспертное сообщество практически полностью отстранено от принятия управленческих решений и оценки их применения. Экспертный совет (ЭС) Минздрава по использованию ИКТ в системе здравоохранения разогнан Е.Л.Бойко и Т.В. Зарубиной: последнее его заседание состоялось в октябре 2015 года. Обе чиновницы, судя по всему, панически боятся любых реальных обсуждений. Полагаю, что это объясняется двумя причинами:
    • Желание максимально снизить уровень сложности решаемых задач, чтобы потом можно было проще отчитаться об их выполнении.
    • Нежелание демонстрировать свою некомпетентность при открытых и равноправных обсуждениях с профессионалами.
       Кстати, весной 2016 Елена Львовна попробовала организовать трансформацию ЭС, в целях повышения эффективности его работы, на что приглашенные члены совета (и я в т.ч.) с энтузиазмом откликнулись. Однако, очень быстро выяснилось, что планируется не создание более работоспособного ЭС Минздрава, а создание Персонального ЭС при лично Е.Л.Бойко. Его члены отбирались бы лично Е.Л., отчитывались бы перед Е.Л., и итоговые решения, естественно, принимались бы исключительно лично Е.Л. Т.е. руководство Минздрава будет слышать не мнение экспертного сообщества, и с учетом его принимать те или иные решения (как это было, или хотя бы, декларировалось до этого), а мнение все той же Е.Л. Присутствовала тут и уважаемая Т.В.Зарубина, которая как бы отнекивалась от участия в новом – революционном ЭС. Но под давлением отдельных криков с мест в стиле «Как же мы без Вас-то?!», вроде бы, дала себя, все-таки, уломать. Это напоминала картину, когда уже не очень трезвому человеку усиленно предлагают налить, а он картинно прикрывает рюмку рукой, расставляя при этом пальцы – чтобы не дай бог не промахнулись. Потом пришла в голову и другая – более возвышенная ассоциация - народный ход в Александровскую слободу с целью уговорить царя Ивана Васильевича (Грозного) вернуться на должность. Правда, после моего (извините за нескромность) вопроса, а на каком законном основании одна часть ЭС (7 или 8 человек) низвергнет (отстранит, замочит, пошлет в …) оставшуюся часть членов (более 20 чел.), утвержденных, кстати, приказом Министра, веселая дискуссия быстро увяла и перешла в эндшпиль с предложением обдумать на дому радужные перспективы. Но поскольку дураков не нашлось (все, видимо, быстро сообразили, что потом могут и их … пинком под зад), на этом все и заглохло, продемонстрировав в очередной раз могучие организационные способности Е.Л. На том сей балаган и завершился. Правда, не так давно Е.Л. дала понять, что зуд на голове от несуществующей (пока) короны не проходит. А посему - расслабляться рано.

  7. Реализация практически всех основных направлений цифровизации, определенных в ФЗ 242, заблокировано отсутствием ключевых нормативных документов. До сих пор не определен статус электронного документооборота (ЭДО), что в принципе исключает широкий переход к цифровому здравоохранению.

  8. Широкое внедрение Электронная медицинская карта (ЭМК) – важнейшего компонента ЕГИСЗ - фактически блокируется. Пакет нормативных документов по ЭМК, переданных в Экспертный совет Минздрава по ИКТ еще в октябре 2015, положен «под сукно», несмотря на прямое указание заместителя министра Н.А.Хоровой.

  9. Нет документов, регламентирующих работу ИТ-службы медицинских организаций. Последний такой документов был принят Минздравом в 1986 г. (!). Работа в этом направлении откровенно саботируется.

  10. Наука полностью исключена из действительной программы действий (а не дежурной болтовни) ДИТиС и ЦНИИОиЗ.

  11. Отсутствует методическое обоснование архитектуры и состава ЕГИСЗ. Нет никаких, даже, самых, что называется, лежащих на поверхности ориентиров: Сколько должно создаваться АРМ в медицинских организациях в зависимости от мощности медицинской организации, сменности, задач и т.д. , какие программы предстоит подключить к ЕГИСЗ и какую информацию надо от них получать и т.д. Кстати, в ближайшее время предстоит начать обновление средств вычислительной техники, установленной на начальном этапе. Сколько? Куда? Чего?

  12. За 8 лет не создана система мониторинга создания ЕГИСЗ:
    • Невозможно оценить реальную динамику оснащения средствами вычислительной техники и интернетом медорганизаций, городов, регионов.
    • Нет статистики используемых в стране МИС, нет системы объективной оценки их соответствия утвержденным требованиям.
    • Нет систематизированной информации по формам ИТ-поддержки МО (численность собственного персонала, передача на аутсорсинг и т.д.), что не позволяет облегчить и оптимизировать развитие и сопровождение ИТ в медорганизации. И многое, многое другое.
       Отсутствие объективного мониторинга выгодно в первую очередь тем, кому реально отчитываться нечем – с высоких и прочих трибун можно без конца рассказывать одни и те же сказки, не очень согласующиеся с реальностью.

  13. Общаться с Её Превосходительством г-жой Бойко можно теперь только через экспедицию Минздрава. Электронные письма, направляемые по электронной почте на официальный адрес Департамента, не являются достаточным основанием для рассмотрения Еленой Львовной (это не хохма – это факт, неоднократно подтвержденный и ею, и ее сотрудниками). Видимо, таким образом уважаемая Е.Л. выражает свое отношение к движению России в сторону цифровизации. Возможно, вскоре рядом с Минздравом появится дуб, а в нем – дупло с надписью – «Только для Бойко».

  14. Мы неоднократно (последний раз в декабре 2016 г.) направляли совершенно конкретные предложения по созданию компьютерных систем многопрофильного скрининга - для раннего выявления широкого круга социально значимых заболеваний (онкологических, кардиологических и других заболеваний). Для выполнения этой работы имеется все необходимое: есть очень четкая минздравовская постановка задачи, есть огромный задел еще с советских времен, есть многочисленные и качественные современные наработки, которые в сочетании с телемедицинскими технологиями могут дать колоссальный эффект при относительно небольших вложениях средств. Но ни Бойко, ни Зарубиной это неинтересно.
    Этот скорбный список можно продолжать и продолжать.
    Пока Е.Л. Бойко и Т.В.Зарубина остаются на своих постах, Минздрав не имеет права жаловаться на отсутствие денег, времени, кадров и т.д. Под их руководством:
  • темпы развития цифрового здравоохранения будут оставаться крайне низкими,
  • миллиарды будут по-прежнему выкидываться на помойку,
  • выполнение Указов Президента России (в той части, которая касается нашей сферы) будут с высокой вероятностью провалены.
    Что необходимо сделать в первую очередь?
  1. Освобождение Е.Л.Бойко и Т.В.Зарубиной от занимаемых должностей.
  2. Назначение на их место компетентных и ответственных специалистов; желательно с учетом мнения экспертного сообщества (хотя прекрасно понимаю, что последнее пожелание – из области ненаучной фантастики, скорее, даже, fantasy (фантазия).
  3. Возобновление работы Экспертного совета Минздрава по ИКТ.
  4. Создание независимого общественного экспертного совета по цифровому здравоохранению.
  5. Разработка перечня первоочередных документов (нормативных и методических) без которых невозможен переход к цифровому здравоохранению.
  6. Разработка программы первоочередных задач цифрового здравоохранения.
  7. Создание системы стандартизации и интероперабельности МИС. Без этого комплексная цифровизация – абсолютная химера, т.к. взаимодействие десятков различных систем без четкого прописывания алгоритмов и протоколов их взаимодействия в принципе невозможно. Финансирование Минздравом работ по стандартизации и информатизации отдельной строкой
  8. Выделение Миздравом России неснижаемых квот (не менее 5% от бюджета на ИТ) на разработку нормативного и методического обеспечения.
  9. 9
  10. Выделение Миздравом России неснижаемых квот (не менее 10% от бюджета на ИТ) на разработку прикладных ИТ-систем, в которых использование ИТ дает максимальный социально-экономический эффект (например, скрининговые системы, системы для обработки и анализа ЭКГ, системы работы с изображениями и т.д.).
    Понимаю, что письмо получилось длинным, но в противном случае можно попасть под обвинения в неаргументированности, предвзятости, подтасовке фактов и проч.

    Готов
  • Опубликовать на сайте АРМИТ все присланные мне точки зрения по этому вопросу – независимо от того, совпадают они с мнением автора или нет.
  • Организовать открытое публичное обсуждение.
  • В самые ближайшие дни направить аналогичное письмо Министру здравоохранения России В.И.Скворцовой. Жду Ваше мнение по этому вопросу.

Михаил Эльянов
Президент АРМИТ, к.т.н.
Руководитель рабочей группы Экспертного
совета Минздрава по использованию ИКТ в
системе здравоохранения
Стаж работы в сфере информатизации
здравоохранения – 42 года.
Налогоплательщик РФ

Возврат к списку